Часть 1

ПИСЬМА К МОHАШЕСТВУЮЩИМ И МИРЯHАМ

46

Радуюсь, дитя мое, что у тебя все хорошо. Узнал и о твоей ошибке. Поскольку ты чуть не впал в хулу, теперь вдобавок делай каждый день свои поклоны вдвойне в течение сорока дней. Но начнешь после Пятидесятницы. И будь внимателен впредь, дитя мое, чтобы у тебя не появилась эта бесовская привычка. Ах, дитя мое, будь внимателен. Ибо мир сегодня очень плох. И диавол сеет лукавые помыслы, чтобы ослабла готовность души. Поэтому, сколько можешь, старайся быть воздержанным. Ибо от многоядения рождаются лукавство и мечтания. Всегда в час искушения прибегай ко Христу и к Матери Божией. Призывай на помощь святых и будь внимателен. Ибо, если диавол тебя прельстит и ты совершишь какой-нибудь грех, то после не сможешь стать священником, и будет жаль, если тебе придется в этом раскаиваться до конца жизни. Поэтому будь внимателен, будь внимателен, насколько можешь. Убегай, как от огня, от плохих помыслов. Совершенно им не внимай. Для того, чтобы они не пустили корни в тебе. И, опять же, не отчаивайся. Ибо Бог велик и прощает согрешающих. Только кайся, когда ошибаешься, и старайся не делать ничего подобного снова. Также будь внимателен в отношениях со своими одноклассниками. Не говори много, не слушай того, что не подобает. Ибо загрязняется слух. Позаботься быть послушным, разумным, смиренным, добродетельным, другом молитвы и чтения. Молись со слезами, читай с молитвой. Уста твои пусть все время не прекращают: "Господи Иисусе Христе, помилуй мя". И готовься, когда захочет Святой Бог, стать хорошим монахом, благоугодным Богу и людям. Ибо этот мир, дитя мое, -- суетнейший, полнота всякого зла, место изгнания Адама, а следовательно, и наше. И блажен тот, кто удостоился хорошо продать это место и достигнуть пристани спасения, ибо предстоит ему вечно радоваться со святыми и соцарствовать со Христом во все веки.

47

Чадо мое, чадо сладчайшего Иисуса, чадо Богородицы и святых, что же скажу тебе? Где я смогу взять слова, чтобы согреть твою душу? Откуда начерпаю воды, чтобы напоить тебя? А хлеба где найти, чтобы тебя насытить? Ах! Ах, это я, бедный, удостоился родить в Духе Святом такого сына, такого доброго отрока, такого единомудрого и единоревностного! Но когда я удостоюсь увидеть тебя рядом со мной? Когда наслажусь добрым общением с тобой? Когда я увижу тебя в нашей церкви плачущим и припадшим пред иконой нашего сладчайшего Иисуса? Окажусь ли я достойным увидеть это? Надеяться ли мне? Ждать ли мне до тех пор, пока я тебя не увижу, и тогда уже скажу словами божественного Симеона: "Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко"? Увы мне, окаянному! Слезы застилают мне глаза. Рука моя замирает. Чернила высохли. Сердце мое стучит от волнения, когда я слышу, кем ты будешь: мудрец среди мудрецов, учитель среди учителей, ритор среди риторов, богослов среди богословов, проповедник среди проповедников, монах среди монахов, священник среди священников и Божий сын среди сынов Божиих. Поэтому, дорогой мой птенчик, прилетай ко мне. Вот открываю тебе отцовские объятия, полные нежности. Беги, как олень, и я напою тебя живой водой. Приди, сын, на нашу трапезу, и я накормлю тебя Хлебом Жизни. Шагай скоро. Не теряй времени. Поскольку смерть нас преследует, как злой спутник, а мир -- лжец, и жизнь полна ловушек сатаны, приносящего нам двойную смерть. А наслаждение мира проходит как тень. Все -- сновидения, как пузырь, лопаются. Все -- суета! А мы здесь избрали небесную философию. Исследуя глубины Божественных тайн, делая ум озареннейшим, по возможности заботимся воспринять то, что невозможно осязать руками, но постижимо уму, имея споспешником Бога и святых огненосных Ангелов, говорящих с нами и указывающих нам стези небесные посредством благой совести. И в конце всего, когда отойдет наша душа, предавая земле, как матери всех, бренное это тельце, тогда как мы отправляемся к истинной родине и, как с братьями, беседуем с Ангелами, обмениваясь божественным лобзанием, всегда изумляясь и удивляясь небесным хорам, пока не обнимем Владыку нашего и Спасителя и впредь будем жить неразлучными. Итак, приди, поспешая, дабы не отпасть от этого. Восстань и препояшься как муж. Приди, я тебя жду. Может быть, через несколько лет отойду и тогда нисколько не смогу тебе помочь.

49

Услыши мой глас, добрый мой сын. Ничего другого нет прекраснее и слаще, чем любить Господа Иисуса. Ничего нет выше, чем любомудрствовать о небесном и отсюда отражать вечные блага. Воистину девство -- это самая высокая вещь. Делает человека ангелом на земле. Велика его слава на Небесах и велико его дерзновение. Девственники в Царствии Небесном последуют за закланным Агнцем Иисусом, будут видеть боголепную Его красоту и будут наслаждаться великолепием сладчайшей Его любви. Блажен, кто просветился и избрал, как невесту, прекрасное девство: оно своей красотой принесет ему счастье. Блажен, кто избежал напрасных преткновений брачной жизни и последовал за Христом, с юности взяв Его иго. Он перенесет скорби, но они еще более украсят неувядаемый венок святейшего девства. Приди, чадо мое, чтобы заняться божественным любомудрием. Сотворится новый мир в тебе: новый дух, иное небо, которые тебе неизвестны. Поскольку те, с кем ты говорил до сих пор, не имеют об этом понятия. Монах не тот, с кем ты встречаешься и слышишь речи без плода. Истинный монах -- это произведение Святого Духа. И когда в послушании и безмолвии он освятит свои чувства, утишит ум и очистит свое сердце, тогда получит благодать и просвещение ведения. Он весь становится светом, весь -- умом, весь -- сиянием. И источает богословие, так что если трое будут писать за ним, то не будут успевать за течением, бегущим волнообразно, расточающим мир и предельную неподвижность страстей во всем теле. Пламенеет сердце от Божественной любви и взывает: "Держи, Иисусе мой, волны Твоей благодати, ибо я таю, как воск". И действительно тает, не вынося. И захватывается ум в созерцании. И происходит срастворение. И пресуществляется человек и делается одно с Богом, так что не знает или не отделяет самого себя, подобно железу в огне, когда накалится и уподобится огню. Так вот, все это ты вкусишь, когда прилепишься к опытному духовному старцу и будешь заниматься умной молитвой с неутомимостью. Есть у тебя и я. Буду писать тебе часто и открою тебе тайны, от которых ты не вкусишь даже капли, если будешь жить в миру. Оставь [внешние] подвиги и дутые слова. Божия благодать хочет, чтобы ты соединил с Богом внутреннего человека. И тогда станешь полезен и для других. Прочитай, если хочешь, "Церковную историю" Мелетия Афинского и увидишь, сколько учителей -- Ориген и тысячи других, которые были вначале великими светильниками Церкви, наученными всему, окунулись в море знания прежде, чем получили в безмолвии чистоту чувств, мир и тишину духа, погрузились в океан Святого Писания, полагая достаточным научения от наук, и погибли тысячами, и преданы были анафеме соборами, хотя ранее были защитниками прежних соборов. Прочти и увидишь. Я знаю, что ты вспомнишь меня в дальнейшей жизни, если сейчас меня не послушаешь. Но будет поздно. Ибо меня уже не будет в этой жизни. А никто не любит тебя больше, чем я. И не дерзает сказать тебе истину ясно, если ее видит. Поскольку от тех, у кого ты учился до сих пор, ты узнал только лесть, политику, иронию и слышал уроки последних времен. Все -- искусственное и обыкновенное. Тогда как ты, подобно нежному росточку, нуждаешься в духовной мудрости и чистой истине. Твоей душе необходим чистый свет, а твоему сердцу -- глубокие надрезы, чтобы вытек яд наслаждений и страстности. Однако не рассказывай многим то, о чем я тебе пишу, ибо людей века сего это не занимает. Поэтому, если кто-нибудь им скажет об умном делании и молитве, они думают, что им говорят о какой-то ереси. Таковы, к сожалению, люди нашего лукавого времени. А истинный монах должен день и ночь быть занят созерцанием Бога: ест ли он, спит ли, трудится или идет. Ибо Бог наиболее близок к нам, так что мы можем постоянно беседовать вместе с Ним. Поскольку во взгляде твоем -- Бог. В уме твоем -- Бог. В слове, дыхании, еде, куда ни посмотришь -- везде Бог. В Нем живем и движемся. Он нас носит в Своем лоне. Так вот, взывай непрестанно: "Боже мой, нравится ли Тебе это? Боже мой, есть ли воля Твоя на то?" И непрестанно, днем и ночью, ты говоришь с Богом со всей простотой, как сын со своим отцом. Тогда ты чувствуешь любовь Отца и Божию заботу. И любишь, ибо любим. И боишься, как бы не ошибиться по отношению к Его Божественной воле. И трепещешь, как бы не огорчить благого твоего Отца, Который столь сильно тебя возлюбил и без всякой Своей выгоды, ради тебя и только, умер на Кресте. Церковь и мир не исправятся от тебя. Тогда как ты исправишься, усовершенствуешься, просветишь ся ради того, чтобы просвещать желающих. Мир только война исправит, которая уже приблизилась и несется галопом. Несчастье многих приведет в чувство, а нераскаянные -- безответны. Вспомни, сын мой, что ты создан глиной, но ты и дыхание Божие. Не презирай своего призвания и не предавайся веществу. Ты -- дыхание Божие, поспеши стать достойным этого Божия дара. Радуйся и веселись о Господе. И я радуюсь здесь с Богом, безмолвствуя. Ликую и веселюсь в желанном моем безмолвии, воспевая здравый и философский мой тропарик:

Нашел я пристань безмолвия. Крепись, моя душа, и тело также. И плыви, мой корабль, в глубочайшую тишину, И нисколько не спрашивай, как живет ближний. Кто может вместить, да вместит*.

--------------------------------- * Мф. 10, 12. -- Ред.

http://serdcevedenie.narod.ru/books/hesychasm.htm

 

        Вернуться назад

Copyright © 2004 Просветительское общество имени схимонаха Иннокентия (Сибирякова)
тел.:(812) 596-63-98, факс:(812) 596-63-73
E-mail: sobor49@bk.ru, http: //www.sibiriakov.sobspb.ru/